Управление временем. О времени и о себе
header
Я ищу
в возрасте от до
город
знакомства
header

Страницы:0 1



О времени и о себе


«Все, о Люцилий, не наше, а чужое, только время наша собственность,— писал Сенека.— Природа предоставила в на­ше владение только эту вечно текущую и непостоянную вещь, которую, вдобавок, может отнять у нас всякий, кто этого за­хочет... Люди решительно «и во что не ценят чужого време­ни, хотя оно единственная вещь, которую нельзя возвра­тить обратно при всем желании. Ты спросишь, может быть, как же поступаю я, поучающий тебя? Признаюсь, я поступаю, как люди расточительные, но аккуратные — веду счет своим издержкам. Не могу сказать, чтобы я ничего не терял, но всегда могу отдать себе отчет, сколько я .потерял, и каким об­разом, и почему».

Так еще в самом начале нашей эры, в 50-м году от Р. X., научные работники,— а Сенеку можно вполне считать науч­ным работником,— вели счет своему времени и старались эко­номить его. Древние философы первыми поняли ценность вре­мени — они наверняка еще до Сенеки пробовали как-то обуз­дать время, приручить, понять его природу, ибо и тогда оно угнетало людей своей быстротечностью.

Однако мы по своему самомнению уверены, что у древних времени девать было некуда. Что они, со своими солнечными, водяными и песочными часами, измерять его как следует, не умели, а значит, и не берегли. Прогресс — он ведь к тому сво­дится, по мнению делового человека, чтобы сэкономить этому деловому человеку время. Для этого деловой человек из кареты пересел в поезд, оттуда на самолет. Вместо писем придумали телеграммы и телефоны, вместо театров — телевизоры, вместо пуговиц — «молнии», вместо гусиного пера — шариковую ручку. Эскалаторы, компьютеры, универмаги, телетай­пы, электробритвы — все изобретается для того, чтобы сбе­речь человеку время. Однако почему-то нехватка этого време­ни у человека возрастает. Деловой человек наращивает скорости, внедряет ЭВМ, переделывает универмаги в универсамы, печатает газеты фотоспособом, он и говорить старается лако­ничнее, уже не пляшет, а диктует в диктофон, а дефицит вре­мени увеличивается. Не только у него — цейтнот становится всеобщим. Недостает времени на друзей, на письма, на детей, нет времени на то, чтобы думать, чтобы не думая постоять в осеннем лесу, слушая черенковый хруст облетающих листьев, нет времени ни на стихи, ни на могилы родителей. Времени нет и у школьников, и у студентов, и у стариков. Время куда-то исчезает, его становится все меньше. Часы перестали быть роскошью. У каждого они на руке, точные, выверенные, у всех тикают будильники, но времени от этого не прибавилось. Вре­мя распределяется почти так же, как и две тысячи лет назад, при том же Сенеке: «большая часть нашей жизни уходит на ошибки и дурные поступки; значительная часть протекает в бездействии, и почти всегда вся жизнь в том, что мы делаем не то, что надо». Вполне актуально, если исключить время, кото­рое тратится на работу. За эти две тысячи лет положение, ко­нечно, несколько исправилось, появилось много исследований о времени свободном, времени физическом, космическом, об экономии времени и его правильном употреблении. Выясни­лось, что время нельзя повернуть вспять, а также хранить, сдавать его излишки в хранилища и брать по мере надобно­сти. Это было бы очень удобно, потому что человеку не всегда нужно Время. Бывает, что его вовсе не на что тратить, а при­ходится. Время — его нельзя не тратить, а транжирят его куда попало, на всякую ерунду. Есть люди, которых время обреме­няет, они не знают, куда его девать.

Известно, что счастливые не наблюдают часов, верно и другое — что и те, кто не наблюдает часов, уже счастливы. Однако Любищев добровольно, не по службе, не по какой-то нужде, взял на себя несчастливую обязанность «наблюдать часы».

Дочь Александра Александровича рассказывала, что в детстве, когда она и брат приходили к отцу в кабинет со свои­ми расспросами, он, начиная им терпеливо отвечать, делал при этом какую-то отметку на бумаге. Так было всегда. Мно­го позже она узнала, что он отмечал время. Он постоянно хронометрировал себя. Любое свое действие — отдых, чтение газет, прогулки - он отмечал по часам и минутам. Занялся он этим с первого января 1916 года. Ему было тогда 26 лет, он служил в армии, в Химическом комитете, у известного хи­мика Владимира Николаевича Ипатьева. Был Новый год, и Любищев дал себе обет, как всегда дают в этот день, с чем-то покончить и что-то начать.

Первая книга учета, как я уже писал, сохранилась. Там Система еще примитивная, и дневник иной — он полон раз­мышлений, заметок. Система складывалась постепенно, в дневниках 1937 года она предстает в отработанном виде.

Как бы там ни было, с 1916 года по 1972-й, по день смерти, пятьдесят шесть лет подряд, Александр Александрович Любищев аккуратно записывал расход времени. Он не пре­рывал своей летописи ни разу, даже смерть сына не помешала ему сделать отметку в этом нескончаемом отчете. Но ведь и бог времени Хронос тоже ни разу не перестал махать своей косой.

Сама по себе верность Любищева своей Системе - явле­ние исключительное, само наличие такого дневника, может быть, единственное в своем роде.

Несомненно, что с годами у Любищева от непрестанного слежения за временем выработалось специальное чувство времени: биологические часы, тикающие в глубинах нашего организма, стали у него органом и чувства и сознания. Я су­жу по записям о наших с ним беседах, они отмечены со всей точностью: «1 ч. 35 м.», «1 ч. 50 м.»,— при этом он, разумеет­ся, не смотрел на часы. Мы с ним гуляли, я провожал его, и каким-то внутренним взором он чувствовал бег стрелки по циферблату, поток времени был для него осязаемым, он как бы стоял посреди этого потока, ощущая его холодные струи.

Просматривая его рукопись «О перспективах применения математики в биологии», я нашел на последней странице «це­ну» этой статьи:

«Подготовка (план, просмотр рукописей и ли­тературы)….. 14ч. 30 м.

Писал.......................... ………………………… 29 ч. 15 м.

Всего потратил.................................... 43 ч. 45 м.
интернет магазин картин по номерам
купить роспись по номерам

Восемь дней, с 12 по 19 октября 1921 г.»

Следовательно, уже в 1921 году он имел учет времени, по­траченного на работу.

Имел и умел вести этот учет.

Иногда на рукописи ставят дату окончания, реже - число, еще реже— с какого по какое писалось, но затраченные часы — это я видел впервые.

У Любищева была подсчитана «стоимость» каждой статьи. Каким образом шел этот подсчет? Оказывается, ника­кого специального подсчета не было — его Система, словно компьютер, выдавала ему эти данные: на статью, на прочитан­ную книгу, на написанное письмо — буквально все оказыва­лось сосчитанным.

...И времени стало меньше, и цена на него поднялась. Самое дорогое, что есть у человека, это жизнь. Но если всмот­реться в эту самую жизнь поподробнее, то можно сказать, что самое дорогое —это Время, потому что жизнь состоит из Времени, складывается из часов и минут. Современный человек, так или иначе, планирует свое дорогое, дефицитное, ни на что не хватающее время. Как и все, я тоже составляю спи­сок предстоящих дел, чтобы разумнее распределить время, я тоже планирую время на неделю, иногда на месяц, отмечаю выполнение. Люди организованные, волевые —те анализиру­ют прожитый день, выясняют, как рационально расходовать время. Правда, только рабочее время, но и то для меня такие люди — положительные герои. У меня не хватило бы воли за­ниматься этим, да и что тут приятного! Подозреваю, что кар­тина может получиться удручающая. Стоит ли без особой на то нужды терять самоуважение? Одно дело упрекать себя за неорганизованность, за неумение регламентировать свою жизнь, и другое —знать все это про себя в часах и минутах. Когда мы искренне уверены, что стараемся сделать как можно больше, добросовестно вкалываем, и вдруг нам пре­подносят, что полезной-то работы было, может, час-полтора, а остальное ушло, расползлось, просыпалось на беготню, раз­говоры, ожидание, бог знает куда. А ведь дорожили каждой минутой, отказывали себе в развлечениях...

Появились специалисты по экономии времени, специаль­ные методические пособия. Больше всего занимаются этим для руководителей предприятий. Подсчитано, что их время самое дорогое.

Научный наставник американских менеджеров Питер Друкер рекомендует каждому руководителю вести точную регистрацию своего времени, оговариваясь, что это весьма трудно и что большинство людей такой регистрации не вы­держивает:

«Я заставляю себя обращаться с просьбой к моему секре­тарю через каждые девять месяцев вести учет моего времени в течение трех недель... Я обещаю себе и обещаю ей письменно (она настаивает на этом), что я не уволю, когда она прине­сет результаты. И, тем не менее, хотя я делаю это в течение пяти или шести лет, я каждый раз вскрикиваю: «Этого не мо­жет быть, я знаю, что теряю много времени, но не может быть, чтобы так много...» Хотел бы я увидеть кого-либо с иными ре­зультатами подобного учета!»

Питер Друкер уверен, что вызов его никто не примет. Он профессионал и знает это на своем опыте мужественного человека. Решиться на такой анализ способны немногие. Это требует больших усилий души, чем исповедь. Открыться пе­ред богом легче, чем перед людьми. Нужно бесстрашие, что­бы предстать перед всеми и перед собой со своими слабостя­ми, пороками, пустотой... Друкер прав — рассматривать себя пристально и беспощадно умели разве что такие люди, как Жан-Жак Руссо или Лев Толстой.

Сомнения корифеев не смутили молодого преподавателя. С годами уточнялись подходы: кое-что приходилось пере­сматривать, но общая задача не менялась — раз начав, он всю жизнь следовал поставленной цели.

Согласно легенде, Шлиману было восемь лет, когда он поклялся найти Трою. Пример со Шлиманом широко известен еще и потому, что подобная прямолинейная пожизненная на­целенность—в науке редкость. Любищев в двадцать с лиш­ним лет, начиная свою научную работу, тоже точно знал, че­го он хочет. Счастливая и необычная судьба! Он сам сформу­лировал программу своей работы и предопределил тем са­мым весь характер своей деятельности фактически до конца дней.

Хорошо ли это — так жестко запрограммировать свою жизнь? Ограничить. Надеть шоры. Упустить иные возможно­сти. Иссушить себя...

А вот оказывается, и это примечательно, что судьба Лю­бищева— пример полнокровной, гармоничной жизни, и зна­чительную роль в ней сыграло неотступное следование своей цели. От начала до конца он был верен своему юношескому выбору, своей любви, своей мечте. И сам он себя считал сча­стливым, и в глазах окружающих жизнь его была завидна своей целеустремленностью.

Страницы:0 1

Наши партнеры

Как перевоспитать мужа
Совместимость
Что отдашь, то и получишь
Семейный скандал
Если муж - лентяй
Искусство обмана
Оправданная ложь
Слёзы - оружие женщин
Радости секса
Если Вам скучно в постели
Если Вам не хочется секса
Проявите инициативу
Сексуальная жизнь
Время для секса
Курс Белой тигрицы
Объяснение терминов
Достижение бессмертия
Ранние влияния
Истоки и основы практики
Основатели
Необходимость орального секса
Становление белой тигрицы
Тигрица и Зеленый Дракон
Сексуальная философия
Друзья сайта
Полезные ресурсы
header